3 греха, о которых молчат многие молодые мамы: личная история

Мы сожалеем, что стали родителями: истории трех матерей

Материнство – это счастье. Об этом нам твердят с детства, и мало кто решается спорить с этой аксиомой.

Глянцевые журналы и социальные сети полны снимков счастливых молодых матерей, гуляющих с красивыми колясками, и милых младенцев в кружевных конвертах.

Время от времени появляются статьи о том, что материнство мешает достижению жизненного баланса, но они теряются в море историй активных мам, которые все успевают и достигают полного дзена.

Однако в последнее время слышны голоса чайлдфри, которые открыто говорят о своем нежелании становиться родителями, а некоторые женщины признаются, что жалеют о том, что родили детей.

На анонимных форумах многие признаются, что жалеют о материнстве. «На семейной фотографии, где моим детям 3 и 5, я выгляжу как человек на грани самоубийства. Именно таким человеком я себя тогда ощущала. Я и представить себе не могла, что быть матерью настолько ужасно», – пишет женщина.

В соцсетях появились группы для тех, кто сожалеет о том, что стали родителями или усыновителями. В описаниях этих групп сказано, что они созданы, чтобы родители знали, что их чувства нормальны и в них нет ничего постыдного.

Один отец разместил такой пост: «Моей дочери почти 5 лет. Она удивительная. Но первые 4 года ее жизни я жалел о том, что она родилась. Я завидовал холостым друзьям и бездетным семьям. Я как будто умер и потерял свою прежнюю жизнь.

Началась новая жизнь, в которой было меньше радости, секса, сна и удовольствий. Если бы люди могли говорить о подобных чувствах открыто! Я уверен, что многие родители страдают, но боятся об этом рассказать.

Они наигранно улыбаются и делают вид, что у них все хорошо».

Вот несколько историй матерей, которые не побоялись сказать правду.

Виктория Элдер с дочерью Морган

Виктории Элдер 48 лет, она сотрудник ипотечной компании, а ее дочери 18. Когда-то Виктория была уверена, что хочет ребенка. Но когда впервые взяла дочь на руки, осознала, что совершила чудовищную ошибку. Она любит свою дочь и заботится о ней. Однако уверена, что если бы можно было вернуться на 18 лет назад, она бы предпочла остаться бездетной.

Год назад Виктория опубликовала пост о своем отношении к материнству и получила более 600 гневных комментариев. Ей советовали обратиться к психиатру, стыдили, называли эгоисткой и «кукушкой».

Комментаторы жалели ее дочь, подозревали, что Виктория принимает наркотики, и писали, что она хочет привлечь к себе внимание. «Люди не хотят слышать о том, что матери не хотят быть матерями.

Думаю, дело в стереотипах», – говорит Виктория Элдер.

Морган, дочь Виктории, поддерживает свою мать и гордится ее смелостью. «Я сама не хочу детей, потому что буду отвратительной матерью. Я слишком увлечена собой, – признается Морган, – многие мои друзья тоже не хотят становиться родителями».

Сара Фишер с дочерью Эммой

В прошлом году в Германии вышла книга Сары Фишер «Ложь счастливой матери. Почему я бы предпочла быть отцом». Книга посвящена дочери автора Эмме, которой сейчас 3 года. До рождения дочери у Сары была успешная карьера фотографа и журналиста. Но ей было уже под 40, и она встретила Александра, который мечтал о семье.

«Мой муж так мечтал о детях, что я согласилась попробовать. Во-первых, я люблю его, а во-вторых, я не верила, что смогу забеременеть», – рассказывает Сара Фишер. Она договорилась с Александром, что они будут вместе заботиться о ребенке и Саре не придется бросать карьеру. Но первые сожаления о материнстве появились у Сары уже с первыми схватками.

Она начала сомневаться, что их идеальный план сработает.

«Прежде я всегда и во всем добивалась успеха, – говорит Сара. – Я побывала в 180 странах. Я чуть не умерла от обезвоживания в джунглях Мадагаскара. На нашу яхту в Индийском океане напали пираты. И я еле выжила после пищевого отравления в Туркменистане».

Она была уверена, что справится со своей новой ролью, но ошиблась. «То, что происходило в течение следующих лет, я не могла представить в самых страшных кошмарах. Я чувствовала себя героиней криминальной драмы.

Казалось, что специально для меня придумали это ужасное наказание, материнство», – рассказывает Сара.

Когда дочери было 4 месяца, Саре предложили работу, связанную с командировками. И на нее обрушился шквал критики и осуждения. «Неужели работа для тебя важнее, чем материнство? Как ты можешь бросить мужа с ребенком? Ребенок, который растет без матери, будет отставать в развитии», – говорили друзья.

Муж тоже не поддержал Сару. И тогда она написала книгу, в которой рассказала о материнстве без прикрас. «Настоящее материнство – это отсутствие самореализации, романтики и сексуального влечения, скука, лишний вес, обвисшая грудь, депрессия, недостаток сна, полное отупление, кризис карьеры, бедность и переутомление», – пишет Сара Фишер.

В книге говорится и о роли современных отцов в воспитании. Отец уже считается настоящим героем, если изредка меняет ребенку подгузник. При этом редкий отец не жалуется на то, как тяжела семейная жизнь. Он полюбил ухоженную самостоятельную женщину. А она превратилась в наседку, с которой невозможно нормально общаться, потому что она говорит только о детях, уборке и приготовлении пищи.

К тому же она стала ужасно депрессивной и совсем не уделяет мужу должного внимания. «Когда рождается мать, человек, которым эта женщина была прежде, умирает, – утверждает Фишер, – женщине навязывают роль матери, в то время как ее муж остается тем, кем был раньше, банкиром, плотником или врачом, а ребенка получает как бонус».

Книга сделала Сару Фишер известной. Но эта известность была скорее негативной. С ней перестали здороваться соседи, ее осудили родители в детском саду, в который ходит ее дочь, ей угрожали в соцсетях.

Она не могла нормально есть и спать и даже подумывала об эмиграции. Но она получала и сотни писем с благодарностью. «Мы живем в 2017 году. И каждый может высказывать свое мнение», – говорит Сара Фишер.

Она обожает свою дочь, но при этом скучает по своей прежней жизни.

Джессика Роуз с детьми

Блогер Джессика Роуз из Берлина стала популярной благодаря постам с хэштэгом #regrettingmotherhood. У нее много критиков, которые считают, что признаваться в подобных чувствах недопустимо.

Джессика рано вышла замуж. Она безумно хотела детей, хотя муж предлагал немного подождать. В итоге она убедила мужа в том, что им пора стать родителями.

Забеременеть не получалось, и Джессика прошла через несколько процедур ЭКО.

В 25 лет она родила первую дочь. «У меня были слишком романтические представления о материнстве, – вспоминает Джессика. – Я мечтала о том, как буду ходить на детскую площадку и что буду любящей и понимающей мамой. Но оказалось, что я ненавижу детские площадки. Это ужасно скучно, стоять и смотреть, как твой ребенок катается на качелях, а другие мамаши бегают за своими детьми».

Только став матерью, Джессик по-настоящему узнала себя. «Я независимый человек и чувствую себя одинокой, потому что привязана к детям. Материнство оказалось утомительным делом.

Я слишком нетерпелива, мне хочется жить в своем собственном ритме. Но я возвращаюсь с работы, а дети не спят, дерутся и шумят», – говорит Джессика.

Она считает, что поколение родителей подавляло негативные родительские чувства «чтобы выжить».

Психотерапевт Эндрю Маршалл говорит, что ни один из его клиентов никогда не рассказывал о том, что сожалеет о рождении ребенка. «Это самое большое табу. В обществе царит культ материнства. Это следствие эпохи разводов.

Раньше мы верили, что наша любовь навсегда. Теперь мы уверовали в то, что только любовь ребенка может быть вечной и бескорыстной.

Возможно, пора остановиться и спросить, в чем смысл вашей жизни, и признаться себе, что он не только в детях», – говорит Маршалл.

Источник: The Guardian.

Источник: http://www.psychologies.ru/story/myi-sojaleem-chto-stali-roditelyami-istorii-treh-materey/

3 вещи, которые делают материнство не таким радужным, как об этом говорят: откровенные истории мам

И, вот, ты идешь на каблуках, с укладкой, а впереди – красивая коляска и все, что ты делаешь – наслаждаешься своей новой ролью. А самая главная печаль – в том, что еще 10 лет назад было не принято говорить о том, с какими внутренними проблемами сталкиваются молодые мамы. А ведь этих проблем хватает.

Замкнутое пространство

Ира, 30 лет

Моему ребенку 4 года и только сейчас я начала «выходить в люди». До этого каждый мой день напоминал вчерашний, а другие места, кроме дома и садика, я видела в виде редкого исключения. Когда ты рожаешь, ты думаешь, что тебя ждет увлекательное путешествие, а по факту – ты попадаешь в настоящий «День сурка», да еще и в ограниченном пространстве.

В ТЕМУ: «Я – любовница»: 3 необычные причины, почему девушки живут с женатыми мужчинами

Когда-то я стояла на балконе, пила кофе пока дочка спала и думала о том, как ненавижу свой дом. Я ненавижу его стены, запах, обстановку, потому что каждая его частичка стала тюрьмой для меня.

Кто-то скажет: «Нужно было ходить в кафе или как-то себя веселить»! Это прекрасно, если у тебя есть помощница и машина.

А если этого нет? Ответ очевиден – пока ты не выйдешь на работу, ты будешь находиться в домашнем заточении, исполняя обязанности домашнего персонала. И еще очень хорошо, если муж это ценит.

Ты больше себе не принадлежишь

Вера, 33 года

Я – свободный человек, который ненавидит 4 стены и привык строить свою жизнь так, чтобы там было много интересных планов. Я всегда занималась спортом, ходила в горы, встречалась с друзьями и много работала. Когда же родился мой сын, а было это 3 года назад, все резко изменилось.

Моя жизнь перестала мне принадлежать. Даже банальный поход на маникюр превратился в целое событие, которое нужно согласовывать за неделю и подстраивать под график мужа.

После родов я стала заложником ребенка и заложником работы своего мужа. Если ему куда-то нужно – не вопрос, он просто идет, поскольку я сижу дома с ребенком.

И это бесит, ведь раньше я могла делать также, а с появлением малыша моя жизнь изменилась, а его — не очень.

В ТЕМУ: 6 вещей, которые нужно делать ежедневно, чтобы брак был счастливым

И, если из дому нужно выйти мне – это целое событие. Это ощущение удручает, и пока ты к нему привыкнешь, в голову лезут дурные и, иногда, очень глупые мысли.  Могу тебе сказать, что счастливые люди – те, у кого есть возможность взять няню и они могут принадлежать себе. Хотя бы пару часов в день.

От твоего настроения зависит все

Настя, 34 года

Я родила в 33 года. Это был долгожданный ребенок, к которому мы долго готовились. В материнстве меня не напрягает ничего (я читала не красивые книги, а реальный опыт), за исключением одной навязанной мысли: «От твоего настроения зависит все».

Почему-то сейчас принято считать, что если мама нервничает или расстраивается, обязательно расстроится ребенок. А потом еще и муж. То есть, с появлением ребенка я должна перестать быть человеком и превратиться в «вечно улыбающуюся куклу».

И никого не волнует, что я не выспалась, устала от однообразия или мне нужен отдых. Ведь я – мама, а значит, я должна. Должна, полностью забыв о себе и своих потребностей. Нет, я так не могу! Не могу и не буду.

Я уверена, что и ребенок, и муж, должны учитывать мое настроение и мое состояние (а их должна учитывать их), иначе можно сойти с ума. 

В ТЕМУ: 3 секрета воспитания детей от Михаила Присяжнюка, которые помогут вырастить ребенка не мажором

А с какими трудностями материнства столкнулась ты? Что было тяжелее всего? Поделись с нами своей историей!

Источник: http://edinstvennaya.ua/psychology/relationship/16569-3-veshti-kotorye-delayut-materinstvo-ne-takim-raduzhnym-kak-ob-etom-govoryat-otkrovennye-istorii-mam

Три страшных греха или о чем молчат молодые мамы

Любовь Гасанова, журналист. Автор проекта «ЯПсих».

Есть такие вещи, о которых многие мамы маленьких детишек предпочитают помалкивать. Ну, во-первых, если откровенно говорить об этом, все подумают, что ты не мать — любящая и добрая, а мачеха — злая и ужасная, а во-вторых, вроде бы неудобно. Это кажется странным и недостойным настоящей мамы. Поэтому лучше тихонько пыхтеть и не признаваться в своих слабостях, порой даже себе. 

Грех первый: раздражение

Вот не принято у нас выражать эмоции. Точнее сказать, на проявление или обнародование некоторых из них стоит твердое табу.

Образ идеальной мамы, культивируемый обществом и подогреваемый рекламой — это улыбающаяся счастливая и ухоженная женщина, которая всегда бодра и светла.

У нее полно терпения и даже ночной крик малыша она воспринимает с улыбкой, легко порхая от своей кровати к его и обратно. 

Но правда жизни такова, что мамы — тоже люди. Они устают, они плачут, обижаются, жалеют себя, хотят отдыха и они раздражаются, злятся. Не потому что не любят, не потому что плохие, а потому что живые.

Невозможность открыто сказать о том, что ты раздражен, раздражает еще больше, накапливаясь, накручиваясь как снежный ком, пока не обрушивается на голову самому близкому, родному и абсолютно незащищенному созданию — ребенку.

Читайте также:  Выход на работу после декрета: 8 конкурентных преимуществ по сравнению с другими соискателями

А потом — чувство стыда: что же я за мать-то такая, неужели не люблю своего киндера?! Стыд заставляет молчать, делать вид, что ничего не произошло.

Только сие молчание уж очень гнетущее — ведь вместе со стыдом приходит и чувство вины — а это все равно, что огромная бетонная плита, которой тебя конкретно накрыло. И вот с этой плитой молодая мама пытается жить, любить своего ребенка и соответствовать стереотипам. 

Признаюсь, иногда я испытываю раздражение. Оно спровоцировано общей усталостью, однообразием, некоторой монотонностью действий, ПМС, в конце концов.

В такие моменты мне сложно найти в себе достаточно терпения, чтобы надевая памперс бесконечно крутящемуся, что-то тянущему и при этом возмущающемуся сыну, оставаться совершенно спокойной и невозмутимой. Иногда я прикрикну «Вааааня, а по попе», иногда заверещу «аааааа».

Пока мне хватает терпения прикрикивать вроде как в шутку, но в глубине души понимаю — я раздражаюсь. Поэтому тут же прошу у сына прощения и говорю: «Прости меня, сынулька. Мама просто сегодня очень устала и поэтому раздражена. Но ты совершенно в этом не виноват. И я тебя люблю».

Конечно, вряд ли десятимесячный парень это все понимает, но надеюсь, на эмоциональном уровне он воспринимает и принимает мои извинения.

К чему это я? Мамы, не стесняйтесь своих эмоций. Будьте открыты. Если вы злитесь, раздражаетесь, не прячьте это вглубь себя. Признайтесь в своих чувствах, прежде всего, себе. Поделитесь с близкими. Это не значит вылить на них все свое неудовлетворение и раздражение, испортив им настроение.

Достаточно сказать открыто, например, мужу: «Дорогой, я очень раздражена сейчас, потому что устала. Ты мог бы побыть с ребенком 15 минут, а я полежу в ванной и отдохну». Любой адекватный человек отреагирует нормально, по крайней мере, лучше, чем на ваш ор. Не забывайте, что вы совершенно не обязаны быть роботами (не говорю «идеальными», потому что идеалы — тоже живые).

Вы не станете мачехой от того, что признаетесь. Любите и позволяйте себе быть живой.

Грех второй: тоска по прошлой жизни

Опять-таки образ идеальной мамы — это женщина ничего не помнящая от счастья рождения своего крохи. Я очень, очень ждала своего сына. Я мечтала о нем много лет и сильно просила о таком замечательном подарке Бога.

И вот, это чудо случилось! Беременность — на ура. Довольно легкая и активная. Конечно, не считая последних двух месяцев: живот у меня был ого-го, а потому поворотливость заметно снизилась, спину ломило, ноги уставали. Но в целом — все равно на ура.

А потом — долгожданная встреча! Родился сын — моя мечта.

И что? Первые полтора-два месяца — как во сне. Все смешалось — день и ночь, будни и выходные. Все как один бесконечный день, с кричащим или висящим на руках, на груди карапузе. Да, и тогда я скучала о своей беззаботной жизни «до».

Сейчас, когда мой сладкий уже не хочет сидеть даже на руках, а предпочитает носиться по квартире, держась за мои руки, или ползать по полу, облизывая его, когда я потеряла возможность уединиться в ванне или в туалете (чего скрывать) — потому что через пару минут дверь открывается и я вижу эту довольную мордочку…

я иногда тоскую о своем беззаботном прошлом. Такова моя правда. Я скучаю за бездельем и просмотром фильмов на диване, скучаю за походами в театр и возможностью почитать книгу, лежа в ванне. НО (!) Если бы сейчас мне предложили все вернуть как было и не рожать свое сокровище, я бы ни за что не согласилась. Потому что люблю.

Потому что те моменты, когда твой пупс прижимается к тебе, бесконечно доверяя, когда спит, сладенько причмокивая или хохоча, — самые дорогие и ценные, они компенсируют все сполна. 

Грех третий: делать не как правильно, а как удобно

Помню, в первые две-три недели жизни своего ангелочка, когда он постоянно то кричал, то спал на руках, я начала подумывать о пустышке. Ведь часто малыш сосет грудь не потому что хочет кушать, а потому что развит сосательный рефлекс. А мне хотелось хотя бы пару минут свободного времени, чтобы выпить кружку чая.

Ох, как же я тогда терзалась: а нужно ли, а зачем же, а может после пустышки он не захочет грудь, а ведь это плохая привычка, где же мое терпение и любовь и т. д. Тогда одна моя подруга, она же многодетная мамуля, сказала: «Расслабься, это не единственный случай, когда ты почувствуешь себя мачехой».

Я расслабилась, и пустышка стала нашим спасением.

Сейчас Ваня стал постарше — 10 месяцев. Я искренне считаю, что ему еще рано засорять  голову телевизором и мультиками. Под словом «засорять» я имею в виду бесконечный просмотр (или больше 20-30 минут). Мне кажется, нервная система малыша не готова к таким нагрузкам и будет сильно уставать от шумового и визуального потока.

 Тем не менее, иногда, когда есть необходимость занять Ваню, а самой что-то срочное сделать, я прибегаю к этому способу — включаю мультик. Хорошо ли это? Вряд ли. Мучает ли меня совесть? Мучает. Но… тем не менее, иногда я делаю то, что не совсем удобно и правильно для ребенка, но удобно мне. Утешаю себя тем, что мой поступок продиктован необходимостью, когда нет других вариантов.

Полагаю и это не последняя подобная ситуация. 

Живите любя!

На самом деле, если хорошо покопаться в глубинах своей души, можно еще много чего интересного обнаружить, что мешает жить и радоваться. Конечно, чаще это установленные ограничения на проявление себя живой или жажда соответствовать, навязанным стереотипам об идеальной маме.

Пожалуйста, забудьте об этом! Позвольте себе быть живой и признаться, что иногда или всегда вы покупаете «прикорм» в баночках, потому что хотите сэкономить время, иногда хотите просто побыть в одиночестве или проваляться перед телевизором, иногда злитесь или плачете.

Дайте себе разрешение быть собой, чтобы сохранить способность искренне любить свое маленькое необыкновенное сокровище. 

Источник: http://4mama.ua/mom/psychology/2419-tri-strashnyh-greha-ili-o-chem-molchat-molodye-mamy

10 ошибок, которые сломают твоей дочери жизнь: мнение Михаила Лабковского

Самая серьезная ошибка, которую совершают многие мамы и бабушки, воспитывая дочь и, соответственно, внучку — это программируют ее на некий обязательный набор навыков и качеств, которыми та должна обладать. «Ты должна быть милой», «Ты должна быть покладистой», «Ты должна нравиться», «Ты должна научиться готовить», «Ты должна».

В самом умении готовить нет ничего плохого, но у девочки формируется ущербное мышление: ты будешь иметь ценность, только если будешь соответствовать набору критериев. Тут гораздо эффективнее и без травм для психики сработает личный пример: давай вместе сварим вкусный суп. Давай вместе уберемся дома. Давай вместе выберем тебе прическу.

Видя, как мама что-то делает и получает от этого удовольствие, дочка захочет научиться этому. И напротив, если мама ненавидит какое-то дело, то сколько бы она ни повторяла, что этому надо учиться, у девочки будет подсознательное отторжение к процессу. А на самом деле всему, чему нужно, девочка все равно научится рано или поздно.

Когда ей самой это станет необходимо.

Вторая ошибка, которая часто встречается в воспитании дочерей — это тяжелое, осуждающее отношение к мужчинам и сексу, которое ей транслируется матерью. «Им всем одного надо», «Смотри, поматросит и бросит», «Главное — в подоле не принеси», «Ты должна быть недоступной».

В результате девочка растет с ощущением, что мужчины — это агрессоры и насильники, что секс — это что-то грязное и плохое, чего стоит избегать.

При этом ее тело с возрастом начнет посылать ей сигналы, начнут бушевать гормоны, и это внутреннее противоречие между запретом, исходящим от матери, и желанием, идущим изнутри, тоже очень травматично.

Третья ошибка, которая удивительным образом контрастирует со второй — ближе к 20 годам девочке сообщают, что ее формула счастья состоит из «выйти замуж и родить». Причем в идеале — до 25 лет, иначе будет поздно.

Вдумайтесь: сначала в детстве ей говорили, чему она должна научиться (список), чтобы выйти замуж и стать мамой, потом несколько лет ей транслировали мысль о том, что мужики — козлы, а секс — грязь, и вот снова: выйди замуж и роди. Это парадоксально, но часто именно такие противоречивые установки матери озвучивают дочерям.

Результатом становится страх перед отношениями как таковыми. И серьезно возрастает риск потери себя, потери связи со своими желаниями и осознания, чего же на самом деле хочет девушка.

Четвертая ошибка — это гиперопека. Сейчас это большая беда, матери все чаще привязывают дочерей к себе и окружают таким количеством запретов, что страшно становится. Гулять не ходи, с этими не дружи, звони мне каждые полчаса, где ты находишься, почему опоздала на 3 минуты.

Девочкам не дают никакой свободы, не дают права принимать решения, потому что эти решения могут оказаться ошибочными. Но это нормально! В 14−16 лет у нормального подростка идет процесс сепарации, он хочет все решать сам, и (за исключением вопросов жизни и здоровья) ему нужно давать такую возможность.

Потому что если девочка вырастет под маминым каблуком, она утвердится в мысли, что она существо второго сорта, неспособное к автономному существованию, и за нее все и всегда будут решать другие люди.

Пятая ошибка — формирование негативного образа отца. Неважно, присутствует отец в семье или мать растит ребенка без его участия, недопустимо превращать отца в демона. Нельзя говорить ребенку, что его недостатки — это дурная наследственность по отцовской линии. Нельзя очернять отца, каким бы тот ни был.

Если он и на самом деле был «козел», то матери стоит признать и свою долю ответственности за то, что она выбрала именно этого человека в отцы своему ребенку. Это была ошибка, поэтому родители расстались, но нельзя перевешивать на девочку ответственность за того, кто принял участие в зачатии.

Она тут точно не виновата.

Шестая ошибка — телесные наказания. Конечно, бить нельзя никаких детей, никогда, но стоит признать, что девочек это травмирует сильнее. Психологически девочка быстрее скатывается с нормальной самооценки в позицию униженного и подчиненного. А если физическое наказание исходит от отца — это почти наверняка приведет к тому, что в партнеры девочка будет выбирать агрессоров.

Седьмая ошибка — недохваливание. Дочка должна расти, постоянно слыша, что она самая красивая, самая любимая, самая способная, самая-самая. Это сформирует здоровую, нормальную самооценку. Это поможет девочке вырасти с чувством довольства собой, принятия себя, любви к себе. Это залог ее счастливого будущего.

Восьмая ошибка — выяснение отношений при дочери. Никогда родители не должны устраивать ссоры при детях, это просто недопустимо.

Особенно если речь идет о личных качествах матери и отца, взаимных обвинениях. Ребенок не должен этого видеть.

А если уж так случилось, оба родителя должны извиниться и объяснить, что не совладали с чувствами, поссорились и уже помирились, и главное — ребенок тут ни при чем.

Девятая ошибка — неверное проживание пубертата девочки. Тут две крайности: разрешить все, лишь бы не потерять контакт, и запретить все, чтобы «не упустить». Как говорится, оба хуже. Единственный способ преодолеть этот трудный для всех период без жертв — твердость и доброжелательность.

Твердость — в отстаивании границ дозволенного, доброжелательность — в общении. Для девочек в этом возрасте особенно важно, чтобы с ними много говорили, расспрашивали, отвечали на идиотские вопросы, делились своими воспоминаниями. И реагировать нужно спокойнее, никогда не использовать эти разговоры против ребенка.

Если этого не сделать сейчас — близости уже не будет никогда, а выросшая дочь скажет: «Я никогда не доверяла матери».

Наконец, последняя ошибка — неверная установка на жизнь. Девочкам ни в коем случае нельзя говорить, что ее жизнь обязана включать некие пункты. Замуж, родить, похудеть, не растолстеть и так далее.

Девочку надо настраивать на самореализацию, на умение слушать себя, на возможность заниматься тем, что ей нравится, что у нее получается, на удовольствие от самой себя, независимость от чужих оценок и общественного мнения.

Тогда вырастет счастливая, красивая, уверенная в себе, готовая к полноценным партнерским отношениям женщина.

Источник: https://www.cosmo.ru/psychology/psychology/10-oshibok-kotorye-slomayut-tvoey-docheri-zhizn-mnenie-mihaila-labkovskogo/

Грехи родителей и страдания детей: существует ли связь?

Наследуют ли дети при рождении вину и личную ответственность за грехи родителей? Нет? Тогда почему болезни предков, как следствие грехов, передаются по наследству ни в чем не повинным потомкам? Можно ли молиться об исцелении от таких болезней? И почему Бог наказывает «вину отцов в детях»?  Об этом для портала «Православная жизнь» — канд. богословия архимандрит Феогност (Пушков).

Евангелие, т.е. Благая Весть о спасении, приносит нашему сердцу радость совершенного отпущения грехов, данного каждому верующему в Едином Крещении именем Святой Троицы. С другой стороны, живя в мире, преисполненном страданий, человеческая мысль пытается осмыслить окружающую нас реальность.

Особенно когда страдания входят в нашу жизнь – касаются наших ближних или нас самих. Нередко поверхностно рефлектирующая мысль приходит к упрощенным вариантам ответа, а жизнь «разбивает» возникшие у нас теории.

В таком случае многие люди говорят об «утрате веры», отчасти это именно так, только необходимо уточнить, что это была вера в наши концепции, что отнюдь не равнозначно подлинной религиозной вере, основанной на живом Откровении Слова Божьего.

В основе религиозного откровения лежит не теория, а факт: Бог вступил в «собеседование» со Своим творением. Любой религиозный догмат представляет собою реальность жизненную, реальность духовного опыта (даже если излагается схематическим методом).

И на вопрос «наследуют ли дети при рождении вину и личную ответственность за грехи родителей?» Церковь твёрдо отвечает: «Нет! И тем более, ни о каком наследовании вины по факту рождения не может быть и речи после возрождения человека в Крещении».

Но у нас налицо факт наследственных заболеваний, которые иной раз и являются у родителей следствием тех или иных их личных грехов, но передаются совершенно не повинным в том детям.

Как объяснить этот факт? Так же в Священном Писании (собственно, в Ветхом Завете) даны четкие указания, что Бог наказывает «вину отцов в детях». Как объяснить эти библейские высказывания? Начнем с последних.

Дурной пример 

Язык Священого Писания с трудом понимается современным читателем. Не потому, что это «язык шарад и загадок» (это совсем не так), а потому, что текст написан в категориях мышления и способах изъяснения, присущего людям, жившим в очень далекие от нас времена.

Читайте также:  15 признаков того, что вы слишком строги к ребенку

Это, если хотите, «социо-лингвистический разрыв».

Вот библейский текст, на который чаще всего ссылаются те, кто распространяют далекие от Библии мнения, что Бог карает детей за грехи родителей: «Господь, Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, сохраняющий милость в тысячи [родов], прощающий вину и преступление и грех, но не оставляющий без наказания, наказывающий вину отцов в детях и в детях детей до третьего и четвертого рода» (Исх.34:6-7 – см. так же Исх.20:5-6; Втор. 5: 9-10; Иер.32:18).

Смысл этого библейского текста невозможно понять, не учитывая патриархального уклада библейской культуры. При патриархальном укладе дети наследовали профессию (и все «секреты ремесла») своих родителей. Если отец был плотник, то им будет и сын, и его сын и так далее.

«Отрыв от корней» очень строго осуждался обществом, а лица, ставшие маргиналами, как правило, становились изгоями. Итак, отец — плотник, и сын его – так же. Мать — ткачиха? И дочь ее так же. Ну а если отец — грабитель или пират, то кем будет его сын? Правильно, грабителем или пиратом.

А если мать — блудница из публичного дома, то кем будет ее дочь, согласно «обычаям общества»? Правильно, пойдет по стопам матери.

Вот потому в данном тексте и сказано, что Бог наказывает «в детях вину отцов», т.е. если Он увидит, что дети развивают не доброе, а злое наследство, то Он покарает детей за то, что они продолжают грехи родителей. Наказание Божие простирается к потомкам в том случае, если они становятся подражателями грехов родителей (т.е.

родители – виновники того, что дети грешат, ибо отцы детям дали дурной пример). Точность этого подчеркивается словами Исх. 20:5 «Я – Господь, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого [рода], ненавидящим Меня», т.е. если вражда к Богу простирается до 3 или 4 колена – Бог простирает руку для наказания. Это прекрасно подтверждает преп.

Ефрем Сирин комментарии на Исх. 20:5: «Бог, по Долготерпению Своему, терпит человека лукавого, и сына, и внука его. Но если они не покаются, налагает наказание на главу четвертого, коль скоро он в лукавстве своем подобен отцам своим»1.

В прямом юридическом смысле «отец не возьмет греха сына, ни сын не возьмет греха отца своего, но каждый умрет в собственном своем грехе»2.

Отказ «искупить вину»

Однако понятие «наследование вины» имеет еще и второе значение – это отказ «искупить вину» (в случае если это возможно) своих родителей. К примеру, родители путём подлога и подкупа отобрали у своего соседа его имущество и передали его своему сыну, который знает о происхождении этого наследства.

И хотя он сам лично не грабил, но он несет вину за то, что не возвращает обнищавшему с помощью его родителей соседу то, что ему причитается. Наверное, именно эта степень вины весьма актуальна для немалого числа наших современников.

Не говоря про всё перевернувшую вверх дном трагедию 1917 года, напомним лишь времена «приватизации», когда многое было нажито «предприимчивыми людьми» ценою слез и даже крови людей «не предприимчивых».

Конечно, в таком случае вина пользующегося всем этим наследника не очищается самим актом Крещения, так как после Крещения он вновь возвращается к тому, что залито слезами и кровью невинных жертв.

Еще в Ветхом Завете Бог твердо убеждает народ, что только в случае отказа детей исправить вину отцов (т.е. в случае продолжения ими греха родителей) Он взыщет с них как с виновным.

«Зачем вы употребляете в земле Израиля эту пословицу, говоря: «отцы ели кислый виноград, а у детей на зубах оскомина»? Живу Я! говорит Господь Бог, — не будут вперед говорить пословицу эту в Израиле. Ибо вот, все души — Мои: как душа отца, так и душа сына — Мои: душа согрешающая, та умрет» (Иез. 18:2-4).

И далее говорится, что если грешник оставит путь зла и исправит свои злодеяния (вернет награбленное, отпустит долги должникам и т.д.), то и ему Бог просит все грехи.

Эту личную причастность детей ко грехам родителей прекрасно понимают сами наказываемые дети: «Со дней отцов наших мы в великой вине до сего дня, и за беззакония наши преданы были мы, цари наши, священники наши, в руки царей иноземных, под меч, в плен и на разграбление и на посрамление, как это и ныне» (Ездр. 9:7).

«Мы лежим в стыде своем, и срам наш покрывает нас, потому что мы грешили пред Господом Богом нашим, — мы и отцы наши, от юности нашей и до сего дня, и не слушались голоса Господа Бога нашего» (Иер. 3:25). Если же человек видит глубокую испорченность нравов своего общества (в т.ч.

и родителей), он должен выйти из этого общества – что, впрочем, и совершил Авраам, «порвав с корнями». А так как этот разрыв был во Имя Божье и ради святости и верности, а не из-за гордыни, то Бог благословил Авраама. Авраам, конечно, не мог отвечать за греховные дела своих родителей и своего общества, так как он полностью с ними порвал, т.е. не соучаствовал в их делах и не жил «согласно системе», насаждающей грех.

Люди, которые рвут с корнями, перестают себя осознавать и чувствовать как продолжение свих родителей. Осознающий же и чувствующий свою преемственность от предков, видит в себе и плоды их дел (хороших или плохих), волей или неволей, сталкивается с менталитетом, наследованным от отцов. Вот почему «наши грехи» и «грехи отцов», как правило, стоят в паре, где-то рядышком друг с другом.

Генетический момент

Теперь остается рассмотреть не нравственный, а генетический (или органический) ракурс данной проблемы. Если дети не виновны по самому факту рождения в грехах родителей, то почему болезни и страдания часто приходят по цепочке именно к детям?

Если в нравственной области человек представляет собою независимую личность, свободную «порвать с прошлым» (а значит, отказаться от наследства, заработанного не честным путем или полученного в результате отпадения от веры), то в области физиологической, органической человек является частью общей «плоти мира».

Все Божье творение, вся природа представляет собою единый цельный живой организм. И как в нашем теле страдание одного члена (порез пальца) приводят к тому, что боль чувствует весь человек, а не только его палец, точно так же и в природе, частью которой (пусть и возглавляющей ее), является человек.

Наше безнравственное поведение разрушает нас не только духовно, но и физически. И удивительно ли, что рождаются больными дети у людей, чей организм с юности был разрушен алкоголем, нервными стрессами, «свободной любовью» и т.п.? Скорее удивительно и чудесно, если при таком раскладе дел рождаются здоровые дети.

А если еще учесть то состояние экологии, к которому пришли все мы совместными усилиями в погоне за «прогрессом», то удивительно, что все мы еще живы. Своими грехами, своим образом жизни (разрушающим единство человека с низшей природой) мы сами строим себе гроб. И тут не идет речь о «каре Божьей».

Это не Бог карает нас, а мы сами собираем худое приданное будущим поколениям.

Кто же виноват, что дети живут тем, что им оставили их родители? Ведь никому не придет в голову сказать, что «Бог покарал смертью того, кто выпил полный стакан цианистого калия»? Почему же мы говорим о «каре Божьей», когда видим, что ребенок алкоголиков рождается больным? Это неправильное суждение!

Христианское отношение к данному вопросу можно суммировать так: родители передают своим детям последствия своих грехов в виде болезней и других страданий, но не сами грехи, а потому и детей, которые страдают не «за вину», а «по вине» родителей, мы не считаем грешниками, проявляем к ним сострадание и стараемся облегчить их жизнь.

Конечно, Бог Всемогущий силен исправить то, что в нас было нарушено грехом. Он силен и детей, рожденных от «больного корня», исцелить. Но это уже совершенно другая тема. И верующие люди с любовью могут возносить свои просьбы к Богу об исцелении наследственных болезней, прилагая, в том числе, и естественные усилия на борьбу с ними.

Источник: https://pravlife.org/ru/content/grehi-roditeley-i-stradaniya-detey-sushchestvuet-li-svyaz

Мать-одиночка: истории о женщинах, родивших для себя

Иногда женщина просыпается утром и понимает, что хочет ребенка – целовать розовые пяточки, кормить грудью. Вот только если мужа нет и не предвидится, она принимает решение родить для себя. Что из этого получается – в нашем материале.

«Коллега родила в 40 первого и единственного ребенка без мужа. Во-первых, у неё (тьфу-тьфу-тьфу) всё в порядке со здоровьем. Во-вторых, у неё до сих пор (коллеге сейчас 54 года) жива мама и вполне дееспособна, чтоб помогать с дочкой. В-третьих, есть две квартиры, одну сдает. Она ушла на пенсию досрочно, т.к. фирму нашу ликвидировали, и она так и не смогла найти работу».

«Давайте я расскажу про свою близкую знакомую. Итак, к 34 годам она осталась одна, без мужа и детей и решила, что вполне себе родит и вырастит ребенка одна. На тот момент у нее была отдельная квартира, машина, нормальная работа. Она находит мужчину, заводит отношения и беременеет.

На сроке 10-12 недель рвет с ним все отношения, переезжает жить к маме, квартиру сдает для будущих накоплений на малыша. Продолжает работать и копить. Уходит в декрет, рожает, отцу ребенка не сообщает, записывает дочь на себя. Продолжает жить у мамы, т.к. на деньги от сдачи квартиры они живут.

Ребенком занимается только она, никто не помогает, у мамы своя жизнь. Хватает её ровно на 3 месяца умиления. Дальше возникает нытьё и раздражение. Она устала, ей все надоело, никто не помогает, хочу замуж, хочу на работу и т.д. И вот ребенку 1,5 года, фирма где она работала – банкрот.

Отдает свою кроху в ясли, но работу все равно найти не может, т.к. мама такой крохи мало кому нужна в качестве нестабильно работающего человека. С мамой конфликт, т.к. маме уже надоел бардак и маленький ребенок и она предлагает дочери съезжать к себе на квартиру.

Но на что тогда жить??? И все остается по-прежнему – недовольство, усталость, нытьё ребенка, претензии мамы. Вот вкратце во что вылилось её горячее желание родить для себя».

«У меня близкая подруга решила в 33 года «родить для себя». Рассчитывала, что мама ее будет сидеть с дитем, а она деньги зарабатывать. Обманным путем забеременела, родила… А мама ее заболела и умерла.

Пришлось подруге самой и деньги зарабатывать, и ребенка взращивать.

Поверьте, несчастны оба – и она, и ее сынишка, которому уделяется мало внимания, в силу того, что маме надо пахать, а она сама как загнанная лошадь…»

«Моя личная история. С первым мужчиной у меня была большая любовь с 16-19, жили в гражданском браке, так как молодые, потом тяжело разошлись, были причины.

Потом я встретила мужчину моей мечты в 20 лет и прожила с ним год, перед свадьбой он погиб… После этого не встречала мужчину, за которого бы хотела замуж, были разные, в то числе, и влюбленности, но все не то, не для семьи, первые 2 были слишком идеальны. А ребенка хотела лет с 16!!! НО сначала слишком молода была.

А в 23 твердо решила родить для себя, без ребенка уже не могла, при виде младенцев плакала от умиления. И забеременела от любовника, на тот момент встречались месяца 2, ничего кроме секса, ресторанов и разговоров ни о чем, нас не связывало. Ему потом сказала, он типа сказал, нафиг тебе это надо, мы так мало знакомы и т.д.

Я сказала, что мне ничего от него не надо, в том числе, и советов. Я родила дочку, себе, и только тогда поняла, что ВОТ ОНО СЧАСТЬЕ! Вот уже ей 4 года, я – мать – одиночка, сама могу обеспечить себя и ребенка, иногда трудно, но это того стоит. Плюс помогают родители и мои друзья всегда подарки дарят. У меня появилось столько новых друзей с детьми и интересов.

Мужское внимание у ребенка есть, так как у меня много друзей-парней. Про папу говорю, кто-то рождается и у него уже есть папа, а кто-то потом находит, она обещала помочь найти. Сейчас мне 28 лет, пока не замужем, не спешу. Ребенок-то уже есть, внимания от поклонников хватает-выгляжу отлично и самодостаточна, замуж выйду только по большой взаимной любви».

«У меня подруга тоже считала, что рожает для себя. Обеспечена, заработки хорошие. Говорила, будет поддерживать хорошо, нет так нет. Когда появился ребенок, она напрочь забыла свои же слова, стала плакать от невнимания, переживала то, что любовник почти не приходит, не интересуется ребенком. Потеряла работу в это же время.

Просила у него деньги, он не давал. В суд побежала доказывать, что он отец. Он ее такими помоями облил – что она девка последняя, куча любовников и с чего вы вообще взяли, что это мой ребенок. От теста увильнул грамотно, суд отказал ей. Сейчас ребенку уже 5 лет, справляется конечно. Глаза только грустные, как у побитой собаки».

Читайте также:  Детская молочная смесь малютка

Если вы хотите поделиться опытом и рассказать о материнстве, тогда присылайте свои истории на почту: nastya@mamamobil.ru

Читать также: 4 мамы, забеременевшие в гражданском браке

Источник: http://mamamobil.ru/mat-odinochka/

Васса Богданова. «Молитесь за меня, мама» / Православие.Ru

Бог милует только тех, кто сожалеет о своих грехах и загладил их или покаянием, или делами милосердия.

Святитель Иоанн Златоуст

Дорогие мои, чадца Божии, верьте Богу, доверяйтесь Ему! Примите все в жизни: и радость, и безотрадность, и благоденствие, и злоденствие – как милость и истину путей Господних, и ничего не бойтесь в жизни, кроме греха.

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

С самого раннего возраста нам объясняют, как важно принимать разумные решения. Родители научают нас рассуждать, чтобы в будущем мы не оказались в затруднительном или безвыходном положении. Иногда нас пугают, предупреждая, что глупость или нерасторопность может лишить выгодных условий жизни.

Ведь чтобы хорошо жить, нужно хорошо учиться, а затем найти хорошую работу. Нужно правильно расставлять приоритеты, всегда стремиться к лучшему, быть готовым, не упустить возможность. Все это верно. Родители чаще всего правы.

Родители – это вообще такие специальные люди, которые приставлены Богом к конкретному ребенку, чтобы сделать его жизнь лучше и безопаснее, чтобы беречь его, а самое главное – любить. Но иногда разумность и любовь входят в конфликт, и тогда с удивлением открываешь, что они могут быть врагами.

А затем узнаешь, что война эта – не новость и длится так давно, что временами кажется, будто нет ее вовсе, или что она – часть мироздания. И иногда, вдруг, в жизни одного конкретного человека, эта война разворачивается со всей непримиримостью, жестокостью, правдой.

Тема этой истории – аборт. Мне кажется, очень важно с самого начала сказать об этом. Потому что люди сегодня очень ищут позитив. Здесь его нет. Ну… не совсем так категорично. На самом деле позитив есть, но не такой очевидный. Если вы настроены на легкую историю с приятными чувствами – ее здесь не будет.

Женщины, о которых пойдет речь, очень мне дороги. Их имена, внешность и даже место действия я изменила, чтобы ничем не указать на них. Никого я не сужу, лишь скорблю вместе с ними и молю Господа о прощении. Как говорил преподобный Ефрем Сирин: «Не нападай на брата своего в день скорби его и к душевной скорби его не прилагай новой скорби».

В Петербурге лето. Многие разъехались, храмы опустели. Теплый ветер, игривое солнце, трамваи весело брякают по проспекту, а две женщины решили остановиться и выпить чаю. Случайно прихватили и меня.

В маленькой квартире – длинный стол и табуретки, солнце свободно льется сквозь раскрытые окна. Лариса ставит чайник, присаживается на край. Ей немного больше пятидесяти. Темные волнистые волосы и большие прекрасные глаза. Даже улыбаясь, она остается печальной.

Лариса по-настоящему нравится мне. Она очень добрая и ласковая. С нами еще одна девушка, около тридцати лет. Она молчит, распаковывает печенье, расставляет чашки. Пахнет ванилью. Женщины тихие и молчаливые, мне с ними трудно. Я не умею быть скромной.

Всегда ощущаю себя слишком заметной и раздражающей.

Лариса улыбается мне, спрашивает:

– Зеленый или черный?

– Всегда черный, – чересчур громко отвечаю я и мысленно закатываю глаза.

Она кивает и грустно улыбается. Чайник закипает и щелкает. Девушка садится за стол и окончательно затихает. Мы делаем чай, обмениваемся ничего не значащими фразами, потом и они сходят на нет.

Я слышу, как на улице шумит ребятня. Смех и визги сменяются требовательными окриками и совсем непонятным шумом. Я буквально вижу их игру. Если бы у меня были усы, я бы в них посмеивалась. Но их нет.

– Ты чего? – спрашивает меня Лариса.

– Да дети, – киваю головой в сторону окна, – властелины солнечного дня, – и задаю типичный в таких случаях вопрос: – У вас есть дети?

– Да, – кивает Лариса, – дочь и внук уже.

Я присвистываю и спрашиваю девушку:

– А у вас?

Она хмурится, нервно размешивает чай. Затем набирает воздуха и одним залпом выдает:

– В шестнадцать лет я забеременела, но мама уговорила меня сделать аборт. Больше у меня не будет детей. Я недостойна этого дара, настоящие матери так не поступают.

Я немного шокирована этим признанием, уставилась в чашку и жду чего-то.

– Я тоже делала аборт, – тихо говорит Лариса, – давно. И я тоже не могла себя простить.

– И как же простили? – спрашивает девушка, и я слышу в ее голосе сдавленное негодование.

На улице голоса стихли, видно, дети побежали играть в другой двор. И день уже не такой радостный.

– Не мне прощать. Надеюсь, Господь простит. Но я могу рассказать вам, если хотите… – произносит Лариса и грустно улыбается.

Мы молчим, а она начинает свой рассказ:

– Это с самого начала было ужасно. Обстоятельства, как мне казалось, подтолкнули меня. А в сердце осталась незаживающая рана. Лжет тот, кто говорит, что аборт ничего не значит. Душа все знает. Об этом никогда не забываешь.

Проходит время, и начинаешь считать, сколько малышу могло бы быть лет. А вот он уже мог бы пойти в школу. Очень тяжко.

Если бы вместо страха перед будущим я знала, что жизнь навсегда будет сломана одним только этим решением… – Лариса тяжело вздыхает.

Девушка молча встает и закрывает окна. Становится темно и душно. Потом она садится ближе к нам. Ее чашка остается на другом конце стола. Я ощущаю, что мир сжался до нас троих, и время замерло. Тайна.

– Мать говорила мне, что я слишком молода, и мужа нет, – бормочет девушка. – И работу с ребенком не найдешь. А я теперь думаю, что ему могло бы быть десять… – она хватается рукой за горло. Бледная. – Такой взрослый, – сдавленно шепчет она.

Лариса гладит ее по руке:

– Нельзя казнить себя, нужно каяться, – приговаривает она. – Бог милостив. Нет такого греха, который при искреннем покаянии остался бы без прощения. А отчаяние – от врага. Нельзя.

Я ощущаю себя неуютно, беспокоюсь, что смущаю своим присутствием женщин.

– Простите меня, – неуверенно произношу я, – может, мне уйти?

– Что ты, Васса?! – удивляется Лариса. – Зачем?

– Вам неприятно? – спрашивает девушка, видимо, она поняла меня превратно.

– Вовсе нет, – возражаю я. И это чистая правда. – Я просто случайно зашла…

– Ничего не бывает случайно, – обрывает меня девушка.

– Когда я пришла в Церковь, – продолжает Лариса, – то сразу поняла, что же натворила. Ужас от осознания был так велик, что я не ела, не спала, только плакала и не знала, как утешиться. Я не знала, как теперь жить дальше.

Тогда подруга позвала меня в монастырь, сказала, что там есть старец, и с ним можно поговорить. Я незамедлительно поехала. Старец выслушал меня, потом ушел молиться, а затем вернулся и дал большое правило. Его нужно было вычитывать сорок дней с поклонами и постом.

Он сказал, что если буду стараться, Бог даст знать.

– Что за правило?! – с нескрываемой надеждой восклицает девушка.

Но Лариса качает головой:

– Старец запретил его передавать, – отвечает она.

– И что же дальше? – нетерпеливо спрашиваю я.

– А дальше… – Лариса опускает глаза. – Дальше начались эти сорок дней. Я была готова и больше читать. Все боялась, что сорока дней будет мало. И вот под конец срока мне приснился сон. Будто я просыпаюсь в своей квартире и слышу на кухне шум. Я иду туда. И вижу: в кухне стоит огромный чан, а вокруг него прыгает бес и что-то в нем мешает.

«Пришла? – спрашивает он меня. – Ну, иди, смотри, что наделала». Меня обуял дикий ужас, и как будто я уже знаю, что там… в этом чане. От страха я проснулась. Рыдала до изнеможения… – Лариса замолкает. Смотрит на меня.

От ее взгляда у меня перехватывает дыхание. Она теперь не плачет. В глазах у нее стоит нечто иное. Глубже, чем просто слезы, чище, бесстрастней, чем горе. В них скорбь, и я узнаю ее. Она улыбается мне, но остается грустной.

– Ты ведь продолжила читать? – спрашиваю я.

Она кивает:

– Сон вернулся, – говорит она и опять опускает взгляд. – Я опять услышала, что на кухне кто-то есть. Пошла, зная, что сегодня уже пойду до конца. И опять тот же бес: «Смотри, что наделала». Я к чану подошла и увидела, что он полон … детских тел и их частей. Я закричала и закрыла глаза руками.

А в следующий миг мне руки кто-то от лица убрал, и я увидела юношу, одетого в подрясник… прекрасного и такого родного. Он посмотрел мне прямо в глаза, и я все поняла. Поняла, что это мой нерожденный сын, который должен был родиться, чтобы стать монахом. Что он был Божий дар – молитвенник за весь наш род.

Оттого лукавый так и подступил. А я…. Сын постоял, отвернулся и пошел от меня. Не было больше ни кухни, ни чана, не мерзкого беса. Только спина моего сына, уходящего прочь. Я плакала и молила, чтобы он простил меня. Я не хотела верить, что он просто так уйдет.

И вот он вдруг оглянулся и сказал только одно: «Молитесь за меня, мама», – и я проснулась.

После рассказа Ларисы я почти сразу ушла, что-то пролепетав о неотложных делах. Я была шокирована, смущена, не знала, что думать и как чувствовать все это. Ком стоял в горле.

Как перенести горе, сотворенное собственными руками? Как вынести… Господи, помилуй! Я не осуждала и не осуждаю никого, кто принял или примет такое решение. Свобода выбора – есть дар Бога людям, как жизнь, как любовь.

Но мы не всегда понимаем, что, рассуждая разумно о будущем, можем ошибиться смертельно, безвозвратно.

Прошло два года, как состоялся тот разговор. Все это время я думала о нем, решала, как рассказать, и стоит ли? Пыталась понять, что этот разговор может дать другим людям. Ведь момент такого решения – интимный. По сути, он происходит в душе девочки, девушки, женщины.

Какая разница, что говорят другие? Не им потом расхлебывать эту кашу! Теперь-то я знаю, что в этот миг несчастная плотно окружена кольцом врагов невидимых, которые пугают, шепчут, давят, доводят до отчаяния. Да еще родные могут оказаться не близкими, а близкие – не родными. И тогда я решила спросить ту самую девушку.

Могло ли что-то остановить ее тогда? И что бы она сказала другим девушкам, оказавшимся на этом пути?

И вот ее слова:

«Когда идешь на аборт, внутри холодно от страха и сомнений. Веры нет. Одна пустота…

На самом деле ты знаешь, что совершаешь нечто ужасное, но все пытаешься уговорить себя, что это от страха за здоровье. Что пугает операция. Но здоровье тут ни при чём. Просто ты идешь убивать своего ребенка, и от этого весь ужас. Все разговоры о том, что на маленьких сроках ничего там нет – ложь.

Каждая из нас знает, что он уже живой и настоящий, с первого дня. Только ложь окружающих и собственная неуверенность способны подтолкнуть к такому пути. Если бы тогда я знала, что миг беременности – это момент, когда Сам Господь решил одарить меня ребенком и сделать меня матерью! А значит, Сам Бог знает, что я готова.

Если бы я понимала, что есть враг, который спешит уничтожить мою душу, лишить жизни моего ребенка, и для этого лжет, пугает, вызывает во мне отчаяние. И целая армия вокруг меня помогает ему в этом. Если бы я знала тогда, что Господь никогда не оставит одинокую мать без помощи и пропитания. Стоит лишь помолиться Ему, и Он поможет.

Если бы я знала, что никогда не смогу простить сама себя за этот выбор. Если бы я знала, что родители – это вообще-то такие специальные люди, которые приставлены Богом к конкретному ребенку, чтобы сделать его жизнь лучше и безопаснее, чтобы беречь его, а самое главное – любить.

Если бы моя мама сказала: «Не бойся милая, я с тобой», – тогда ничто не смогло бы заставить меня пройти тот коридор. Чтобы не ступать на эту дорогу, нужно не так уж много: верить, что все будет хорошо, всем сердцем полагаться на Бога и, самое главное, не слушать врага. Смерть – это то, что выбрал для нас враг.

Господь дарит жизнь вечную! А тем, кто все же прошел, скажу: вся боль в вашей жизни – от этого нераскаянного греха. Поспешите к Богу, покайтесь, и Он излечит вашу душу. Пока мы живы, все можно изменить».

Источник: http://www.pravoslavie.ru/106155.html

Ссылка на основную публикацию